Шнитке преодолевает тишину

Рецензия на диск:

Духовная музыка Альфреда Шнитке: Три духовных хора. Хоровой концерт на слова Григора Нарекаци
Симфонический хор Свердловской филармонии
Художественный руководитель и дирижёр — Андрей Петренко
Запись 2025 года
Fuga Libera (Бельгия) FUG 865 (2026)

Опубликовано в журнале Online Merker (Австрия), апрель 2026

С первыми тактами Трёх духовных хоров, струящимися из динамиков, мгновенно становится понятно: этот альбом Екатеринбургского филармонического хора под управлением Андрея Петренко — не просто документирование традиции церковной музыки. Это встреча с непостижимым. Альфред Шнитке, великий мастер полистилистики и вечный странник между мирами, стремился, особенно в последние годы своей жизни, к полной ясности, вне рамок интеллектуальных шарад его ранних работ. Fuga Libera выпустила запись, которая не просто ошеломляет слушателя звуком, а практически помещает его в собор русской души — в самом лучшем смысле слова.

Уральский хор доказывает здесь, что принадлежит к лучшим ансамблям, понимающим техническое совершенство не как самоцель, а как необходимую основу для воплощения в жизнь сложной звуковой архитектуры Шнитке. Три духовных хора (1984) составляют аскетическую прелюдию — литургическое упражнение строгой красоты, глубоко укоренённое в русской православной традиции, но обладающее тем неповторимым внутренним напряжением, которое мог создать только Шнитке.

Необходимо учитывать время их создания: в период, когда композитор всё больше обращался к теме собственной смертности и идее духовного континуума за пределами смерти, возникли произведения экзистенциальной силы, не утратившие способности глубоко воздействовать на нас даже спустя десятилетия.

Центральным произведением диска является монументальный Хоровой концерт на тексты армянского мистика Григора Нарекаци (1984/85). Тот, кто ожидает сухого переложения древних плачей, будет приятно удивлён уже первой частью. Петренко и его коллектив создают впечатляющее звуковое полотно с богатой палитрой красок и динамикой, которое кажется пластически осязаемым.

Стихи из «Книги скорбных песнопений», ставшей духовным заветом для армян X–XI веков, находят в партитуре Шнитке музыкальное воплощение, выходящее за пределы традиционной хоровой литературы. Это музыка перехода в новое состояние, мост между земными тяготами и чаемым искуплением. Композитор искусно переплетает элементы раннего европейского органума с армянской монодией и барочными аффектами.

Певцы из Екатеринбурга исполняют произведение с точностью, особенно впечатляющей в моментах густой полифонии. Когда хоровое звучание расширяется до шестнадцати голосов, создается стереофонический эффект, который раздвигает границы гостиной и превращает пространство в акустический собор. Особенно впечатляет то, как Андрей Петренко сохраняет баланс между медитативными, статичными эпизодами и экстатическими всплесками просветления. Намеренное использование Шнитке ритмической монотонности — задуманной как состояние покаяния и внутренней концентрации — в этой интерпретации никогда не утомляет слушателя, а, напротив, обладает непреодолимой притягательностью.

Третья часть, драматическая кульминация произведения, в особенности требует от исполнителей полной отдачи. Здесь переплетаются раскаяние, осознание греха и отчаянная мольба об искуплении. Басы закладывают фундамент, столь же чёрный и тяжёлый, как земля Уральских гор, в то время как верхние голоса взмывают к головокружительным высотам.

В каждом такте чувствуется особая связь этого коллектива с творчеством Шнитке. Сам композитор часто говорил о невидимой реальности, которая бесконечно важнее нашего краткого физического существования. Музыканты относятся к этой предпосылке всерьёз: они не просто поют ноты; они воспевают мировоззрение. Хоровой концерт завершается в примирительной тональности ре мажор — тональности, которая на протяжении веков ассоциировалась с Божественным светом. Это момент совершенного растворения, в котором все прежние муки и диссонансы превращаются в великую надежду. Здесь становится слышимым представление Шнитке о четвёртом измерении, о трансформации за пределами земных невзгод.

Юмор может показаться поначалу неуместным в этом глубоко сакральном контексте. Но те, кто внимательно слушает, обнаружат в явном преувеличении пафоса тонкую иронию по отношению к человеческому несовершенству. Шнитке прекрасно понимал, что все мы грешники, в общем хоре пытающиеся звучать хоть сколько-нибудь праведнее, чем способны на то в реальной жизни. Этим альбомом Екатеринбургский филармонический хор призывает к серьёзности в искусстве — не скатываясь при этом в морализаторство. Это приглашение на час отгородиться от мирской суеты и отдаться вибрациям музыки, не только задействующей ум, но и очищающей его.

Дирк Шаус

Перевод Юлии Григорьевой

Источник: Online Merker