63. Орфей

Новизна и необычность музыки Роберта Шумана (1810–1856) ярче всего проявилась в его сочинениях для фортепиано. И без того острый интерес к этому инструменту возрос у Шумана благодаря браку с великолепной пианисткой Кларой Вик. Для неё автор создал поэтичную Фантазию для фортепиано с оркестром, впоследствии ставшую первой частью Концерта ля минор. В 1845 году были дописаны вторая и третья части, исполняющиеся без перерыва. Сложившееся сочинение сам автор характеризовал как «нечто среднее между симфонией, фантазией и концертом».

Эмоциональная насыщенность, мир разнообразных переживаний, в который вовлекается слушатель, делает эту музыку ярким примером шумановского увлечения движением «Буря и натиск» (нем. Sturm und Drang), который сделал центром внимания внутренний мир человека и создал новый – лирически окрашенный, патетический – образный язык. Концерт посвящён дирижёру Фердинанду Гиллеру, под управлением которого в 1845 году в Дрездене состоялась премьера (солировала Клара Шуман).

Концерт для фортепиано с оркестром ля минор, ор. 54 (1841–1845):

I. Allegro affettuoso
II. Intermezzo: Andantino
III. Allegro vivace

«Орфей» (1854) – одна из четырёх симфонических поэм Ференца Листа (1811–1886), посвящённых творческим гениям и героям легенд (другие три – это «Тассо», «Прометей» и «Мазепа»), и одно из самых светлых, созерцательных произведений композитора. Лист поначалу задумывал его как увертюру к опере Глюка «Орфей и Эвридика», взамен авторской, для XIX века уже слишком устаревшей. Эта опера была поставлена под управлением Листа в руководимом им Веймарском театре. В том же году композитор переработал увертюру в симфоническую поэму, посвятив её своей возлюбленной – княжне Каролине Витгенштейн. 

В обширной программе, предпосланной партитуре, Лист описал, что представлял себе Орфея как «первого поэта-музыканта, закутанного в звёздную мантию, его уста, источающие божественные слова и напевы, раскрыты, а прекрасные пальцы заставляют энергично звучать струны лиры. Мы замечаем вокруг него диких лесных зверей, слушающих в восхищении; грубые людские инстинкты умолкают, побеждённые; камни размягчаются: сердца, быть может, ещё более твердые, орошает скупая и жгучая слеза... Человечество сегодня, как и прежде и всегда, сохраняет в своей груди инстинкты жестокости, насилия и чувственности, и миссия искусства – смягчать, укрощать, облагораживать их». 

В оркестровый состав Лист включил две арфы – этот инструмент, как штрих к образу легендарного певца, использовал ещё Глюк. Тихое завершение поэмы – словно улетающий в надзвёздные выси, покидающий земные пределы прекрасный идеал.